Дмитрий Маликов дал мастер-классы для воспитанников музыкальных школ в городах Западной Сибири: Урае, Когалыме, Покачах и Лангепасе

– Дмитрий, вам надоела заснеженная Москва? Решили отдохнуть? Какие страны предпочитаете?

– Я предпочитаю два вида путешествий. Первый – обычный пляжный отдых. Но он, как правило, длится недолго. Второй – поездки с друзьями. Мы берём машины и ездим по экзотическим странам. Или, если страна обычная, то по экзотическим местам в ней. Например, сейчас собираемся в Турцию на неделю. Но поедем не по курортным зонам, а будем смотреть исторические достопримечательности, так называемые развалины.

– Не боитесь пробовать местную кухню в экзотических странах? Какое блюдо вас больше всего впечатлило?

– Конечно, кухня для меня – обязательное условие знакомства со страной. Насчёт блюда, которое меня поразило… Вы знаете, в Иордании очень вкусно сделали запечённого козлёнка. Он был приготовлен в специальной яме, и мясо такое мягкое, разваристое получилось. Сейчас, во время поста об этих плотских утехах говорить не хочется.

– Вы держите пост?

– Не то чтобы держу, но, по крайней мере, мясо сейчас не ем.

– Что обычно привозите из дальних стран?

– Часто привожу игрушки, которые достаются дочери Стефании. Например, из Монголии привёз замечательного верблюда. В основном остаются фотографии и видеофильмы, которые мы делаем сами. Это лучшие сувениры. Всё получается с юмором, потому что у нас всегда очень весёлая мужская компания. Прикалываемся друг над другом, смеёмся. Отсутствие женщин позволяет вести себя достаточно вольно.

– Жена не ревнует, не просится с вами в поездки?

– Да нет. Я часто езжу без неё. Наши поездки – не женское дело. Как правило, нужно очень быстро собираться. Условия не всегда хорошие, часто бывает, что нет воды или душа. Женщины редко готовы к лишениям и трудностям на отдыхе.

– А кто входит в вашу «мужскую компанию»? Только звёзды шоу-бизнеса?

– Бывают и смешанные компании. Из шоу-бизнеса ездят Игорь Угольников, Валерий Сюткин, доктор Бранд, бизнесмен Александр Гафин. Друзья ведь подбираются не по цеховой принадлежности, а по духу. Вообще путешествия – это лучшая перезагрузка. Ты возвращаешься полным сил, энергии, впечатлений.

– Помните свои первые впечатления от заграницы? Когда вы впервые выехали из Советского Союза.

– Хороший вопрос. По-моему, из соцстран я первой посетил Венгрию. Из капстран – Италию. Примерно в 1989 году впервые выехал в эту страну. У нас было несколько выступлений по линии комсомольской организации, такой молодёжный обмен. Помню, я ездил с Лёшей Глызиным. Были незабываемые ощущения от еды. Мы жили в обычной придорожной, вероятно, двухзвёздочной гостинице. Нас там кормили, и мне казалось, что это самая вкусная еда на свете. Сейчас бы я сказал, что это самая обычная еда, как в любой московской пиццерии. Но наши рецепторы были тогда настроены на обычную пищу – жареная картошка, борщ и так далее. А когда мы попробовали правильную пасту, обычное итальянское мороженое, мои вкусовые рецепторы оказались в полном восторге. Всё остальное меня не сильно впечатлило, потому что не было времени на культурные достопримечательности. Да я и не был к этому готов.

Буквально несколько дней назад вернулся из Рима, второй раз был в Ватикане. И как заворожённый стоял и смотрел на фрески Микеланджело, Рафаэля. Могу бесконечно наслаждаться этим городом, смотреть на его камни, которые несут в себе заряд многовековой энергии.

– Вы стали популярным уже в восьмидесятые годы. Как вы тогда одевались, где брали модные вещи?

– Шили всё из подручных материалов. Мама помогала. Выглядело это довольно забавно, но девчонкам нравилось.

– Вы росли в семье знаменитостей. Родители не обделяли вас вниманием? Вообще чего вам недоставало в детстве?

– Моё детство пришлось на семидесятые годы. Нам всё время тогда чего-то недоставало. Например, свежих овощей и фруктов. Помню, на Новый год у нас всегда были зелёные бананы, недозревшие мандарины и большое количество длинных, почти искусственных огурцов. Конечно же, мне недоставало внимания родителей, потому что они всё время были на гастролях. И ещё немножко не доставало более широкого образования, потому что я был зациклен только на музыке. Спорт, например, обошёл меня стороной, я играл в футбол, но как любитель. То есть я бы с удовольствием позанимался тогда в настоящей футбольной или теннисной секции. И более серьёзно подошёл бы к системному образованию. Но тогда было другое время, всё доставалось сложней. Родителям было не до меня, они месяцами гастролировали, добывали деньги на хлеб.

– Как складывались ваши отношения со школой?

– Я очень хорошо учился, не боялся школы. Побаиваться стал, когда учился в консерватории, потому что тогда уже много гастролировал, времени на занятия не хватало. Страх заставлял меня собираться с силами перед экзаменами. С одноклассниками до сих пор дружим, встречаемся. Конечно, жизнь всех разметала. В следующем году исполнится тридцать пять лет с тех пор, как мы все пошли в школу.

– Большую часть времени за городом проводите?

– Я живу за городом, но работаю в Москве.

– Знаю, что у вас очень стильный дом в светлых тонах. Кто над дизайном работал?

– Жена. Я ведь с возрастом прихожу к скромным, минималистическим запросам. Мне важно, чтобы был удобный душ с хорошим напором и горячей водой, удобная кровать, стол, компьютер и рояль, а также большой шкаф, в котором я знаю, где и какая одежда у меня висит.

– А на гастролях случалось, что были недовольны номером, отелем?

– Бывает, что нет воды или шумно. Но, как правило, приезжаешь уставший и неважно, какие там условия.

– А жена ездит с вами в гастрольные туры?

– Нет, никогда не ездила. Ну, разве что иногда в Питер.

– На момент, когда вы познакомились с Леной, по Дмитрию Маликову сходила с ума вся страна. Что в этой женщине было особенного, чем она вас зацепила?

– Кстати, на днях исполнилось двадцать лет, как я познакомился с женой. Поклонниц было так много, что я их не идентифицировал. Конечно, существовали почитательницы, которые дежурили ночами в подъезде и которых я знал по именам, но личного отношения к ним не было. Я в те годы встречался с Наташей Ветлицкой, она была для меня воплощением женственности и красоты. А потом мы с ней расстались, и месяца через два-три появилась Лена. Чем она меня зацепила, сложно сказать. Какой-то мудростью, красотой, широтой взглядов, добрым сердцем.

– Какой подарок вы приготовили Лене к двадцатилетию совместной жизни? Вообще сложно ей выбирать подарки?

– Очень сложно. Желательно заранее незаметно разведать. Женщины – они, как правило, проговариваются. Просто нужно быть внимательным к человеку, прислушиваться к его словам. Вот, например, один мой знакомый несколько месяцев назад рассказал историю. Сейчас он один из самых богатых людей России, а в детстве жил в маленьком городе, где очень трудно было найти книги. У него была любимая книжка – «Пятнадцатилетний капитан» Жюля Верна, и он её всё время читал. Одноклассник попросил у него эту книжку на время, а потом не вернул. Мой знакомый переживал, плакал. И вот несколько дней назад у него был день рождения. Я нашёл старое издание этой книги. Когда вручал ему, он прослезился.

– А вас самого каким подарком можно удивить?

– Роялем. Причём мне дарят разные рояли. Есть маленькие рояльчики вроде шкатулок. Друзья подарили на день рождения часы в виде рояля. Лена когда-то дарила настоящий рояль. Есть такая мудрая поговорка: стыдно дарить другу вещь, которую не хочется оставить себе. Ценность подарка именно в этом.

– Вы пытаетесь давать какие-то советы Стефании? Как воспитываете свою дочь?

– Я не строг с ней. Конечно, некоторые вещи меня раздражают, некоторые радуют, но воспитанием больше занимается жена. Стефания, как и все дети, не идеальна, но у неё доброе сердце, она очень любит животных. Мне бы хотелось, чтобы она сама выбрала себе дорогу. Добиться чего-то в жизни можно, только полностью отдавшись какому-нибудь делу. Если дочь не станет увлекаться музыкой, ничего страшного не случится. Она должна стать лидером в любом деле, я её к этому приучаю.

– Кажется, она увлекается рисованием?

– Да, Стефания хорошо рисует. Жена хочет привить ей ещё большую любовь к рисованию, а от неё – любовь к дизайну. Может быть, к дизайну одежды, потому что Лена сама этим занимается. Для девушки это хорошая профессия во все времена. Вот мне папа тоже когда-то сказал: пытайся делать аранжировки, это очень важное дело, аранжировщики ценятся на вес золота и всегда имеют кусок хлеба. Первые песни как раз сделаны мной как аранжировщиком.

– А сейчас готовите какие-то мощные проекты, такие как «Пианомания», например?

– Да, безусловно. Я пишу пластинку и очень хочу, чтобы она попала на все настольные компьютеры. У меня дома появился новый чудесный рояль, и я написал цикл прелюдий, которые, как мне кажется, обладают терапевтическими, целебными свойствами. Когда человек слушает эту музыку, у него улучшается настроение. Мне кажется, она принесёт немного гармонии и любви в наш мир.

– Когда с вами общаешься, чувствуешь очень светлую, позитивную энергетику. Вы занимаетесь какими-то духовными практиками?

– Я читаю много духовной литературы. Есть у меня любимые философы, учителя. Практикую несколько асан в йоге. Но, к сожалению, серьёзно заниматься йогой у меня не получается. Это требует другой жизни, в других условиях. Зато я каждый день отжимаюсь, бегаю пять километров.

– Вы мне сказали, что за последнее время похудели на четыре килограмма. Именно благодаря спорту?

– Я думаю, что сбросил, потому что немного перестроил питание. Сейчас пост – хорошая возможность не только духовно, но и физически очиститься. Я убрал из своего рациона такие вещи, как алкоголь, мясо, кофе, чай, картошку, макароны и морепродукты.

– Не тоскливо живётся? И причём здесь морепродукты, от них же не толстеют?

– Как ни странно, не тоскливо. А морепродукты – очень тяжёлая вещь для пищеварения. Кстати, то же самое касается сырой рыбы, то есть суши. Все смеялись над Онищенко, который сказал, что надо закрыть японские рестораны, но в его предложении есть рациональное зерно. Все рестораны закрывать, конечно, не стоит, но к поеданию сырой рыбы нужно относиться сдержанней. И ещё надо очень много пить. Три литра в день – минимум. Хотя это не так просто, потом что всё время бегаешь в туалет.

– А кто у вас дома отвечает за кухню?

– Сейчас со мной вообще просто – я почти ничего не ем, особенно на ночь. Жена готовит, и у нас есть помощница по дому. Я периодически покупаю интересные книжки с рецептами по здоровому питанию, кладу на стол и говорю: вот так готовьте. Потому что я – это то, что я ем.

– А ваши духовные искания начались с какого-то определённого возраста?

– Конечно, к этому не сразу приходишь. Где-то после тридцати лет.

– Сложно держать себя в духовной чистоте и при этом работать в шоу-бизнесе?

– Нет, просто надо чётко сформулировать для себя какие-то принципы и не переступать через них ни ради славы, ни ради денег. Да, ты можешь пострадать как артист, но зато останешься человеком.

– Никогда не было желания покинуть шоу-бизнес и заняться чем-то другим?

– Нет. У меня было несколько предложений. Например, возглавить банк. Серьёзно! Мне говорили: «Мы обеспечиваем финансовую поддержку, а вы своей репутацией – клиентскую базу». Большие деньги предлагали. Я отказался. Это означало бы конец карьере. Просто считаю, что ещё не всё сделал как музыкант, как композитор. Я полон сил и буду продолжать сочинять песни. Надеюсь, я пока нужен своей стране.

– Есть какие-то правила, которые вы стали понимать с годами и которых стараетесь придерживаться?

– Да. Любовь к Богу в обычной жизни проявляется как любовь к окружающему миру без внутренних претензий к нему. То есть любовь к Богу – это любовь ко всему. И радоваться надо не тогда, когда сделаешь кому-то добро, а когда без злопамятства перенесёшь оскорбления. Особенно от того, кому сделал добро. То есть я вам сделал хорошее, вы меня обидели, но я не обиделся на вас в ответ. Вот это дорогого стоит.

– А вы верите в то, что окружающие нас люди – это наше зеркальное отражение?

– Безусловно. Это касается в первую очередь семейных пар. То есть мне досталась именно такая жена, какую я заслужил. И она досталась мне для того, чтобы я приобрёл опыт и проработал какие-то свои ошибки, грехи. Так же как и я ей. Какие-то вещи приходят к нам из прошлых жизней. Как поётся в одной моей песне: «Ты была моей даже в прошлой жизни».

Расспрашивала Нина МИЛОВИДОВА

Моя семья – №13, апрель 2012

Дмитрий, вы где-то вспоминали, что ваши детские музыкальные занятия проходили довольно забавно. Вы убегали от преподавателя через окно, не хотели играть на фортепиано и тем самым огорчали бабушку. Когда классика наконец заняла важное место в вашем сердце? Как менялись ваши взгляды на музыку с течением времени?
Дмитрий: Дело в том, что с самого начала я был как бы «слугой двух господ», ведь отец больше ориентировал меня на эстраду, а образование при этом я получал классическое. На тот момент просто не существовало эстрадного образования. Соответственно, когда мне наскучивала классика, я больше занимался эстрадой – и наоборот. Эстрада все же немного поверхностна, легкомысленна, ей не хватает содержания. Поэтому чем я становлюсь взрослее, тем более важную роль для меня играет серьезная музыка. Но с другой стороны, я не хочу бросать песню. Это жанр, который нравится людям. От песен люди испытывают приятные эмоции, которыми я очень дорожу. И, честно говоря, я привык к успеху. Вот и приходится сочетать: для души – одно, а для зрителя и слушателя – немного другое. Совместить все это мне удалось только в инструментальной музыке, в моем проекте «Pianomaniя». Там музыка достаточно серьезная, но вместе с тем она многим нравится.

Ваш проект «Pianomaniя» – уникальный случай для современного российского шоу-бизнеса, когда артист, завоевавший успех в популярном жанре, собирает не меньшую аудиторию с классической программой. Как вы думаете, в чем секрет растущей популярности классики?

Дмитрий: Думаю, люди просто устают от повседневности. По своей природе человек очень одинок, он ищет эмоций. Людям нужна какая-то глубина, содержание. Песня и слово, безусловно, дают большой спектр эмоций, но музыка, как известно, эти эмоции усиливает. Когда нам очень грустно или весело, мы слушаем соответствующую музыку и становится еще веселее, или, наоборот, грустнее.

Может быть, на это влияет еще и возраст? Ведь часто люди именно с возрастом начинают ценить классику. Как вы думаете, почему так происходит?

Дмитрий: Взрослея, люди просто глубже воспринимают мир. Поп-музыка – это в основном музыка для ног, поверхностных эмоций. Настоящая же, серьезная музыка – для всего остального. Человек с годами становится мудрее, и ему уже нужен больший спектр эмоций.

Елена, каковы были ваши предпочтения в музыке и как они изменились после встречи с Дмитрием? Что вы слушаете сейчас?

Елена: Я выросла на итальянской эстраде и «Машине времени». Затем были Мик Джаггер, Джордж Майкл, Sade, Мадонна. Сейчас предпочитаю джаз и классику. А если нравится популярная музыка, то только очень оригинальная и талантливая.

Дмитрий, Елена, как, на ваш взгляд, можно воспитать у ребенка любовь к классическому искусству – музыке, живописи, танцу? Причем чтобы это не превращалось в «обязаловку» и не вызывало обратной реакции.

Елена: Воспитать любовь к классике можно только собственным примером. Если в семье говорят о музыке, живописи, книгах, можно не беспокоиться – ребенок все это услышит.
Дмитрий: Недавно на выставке Караваджо в Пушкинском музее я наблюдал замечательную ситуацию. Там была одна мама, наша, не иностранка, которая пришла на выставку с крошечным младенцем на руках. Она ходила вместе с ним по музею, рассматривала картины и рассказывала ему обо всем, что видела. Конечно, вряд ли он что-то понял, но, думаю, где-то на подкорке у него все это отложилось.

Дмитрий, вы считаете, что занятия музыкой необходимы каждому ребенку для гармоничного развития или надо исходить из его способностей? И с другой стороны, нужно ли заставлять, если способности есть, но нет желания?

Дмитрий: По-моему мнению, основы музыкального образования должны быть у каждого. человек должен научиться внимательно слушать музыку, и азы ее понимания нужно обязательно вкладывать в детей. Что же касается профессионального образования, здесь должна быть огромная тяга у ребенка. Нельзя его заставлять. Занятия музыкой – это очень большой, тяжелый труд, и не стоит обрекать ребенка на мучения, если ему это не нравится.

Тем не менее классический пример – Моцарт и его отец, который как раз таки заставлял его заниматься. А если бы не заставлял, мир бы не наслаждался уже несколько столетий творениями Моцарта!

Дмитрий: Безусловно, где-то нажим необходим, но речь идет о самом юном возрасте, когда всем нам хочется пошалить. В юном возрасте надо дать ребенку возможность выбора. Он должен сам примерно понять, что ему нравится. А родители должны быть очень внимательны и постараться увидеть, есть ли у ребенка способности. И тогда, даже если он капризничает, но явно видно, что способности к музыке есть, надо продолжать заниматься и, может быть, даже настаивать на этом.

Елена: Профессор, который занимался с Юрием Башметом в юности, однажды очень хорошо сказал: «Мне не нужны талантливые дети, мне нужны настойчивые мамы!»

Как это происходит у вас с вашей дочерью Стефанией? Как вы в ней воспитываете любовь к классике? Применяете методы кнута и пряника?

Елена: Методы кнута и пряника часто бывают неэффективны. На мой взгляд, ребенку, как и взрослому, нужно видеть «свет в конце тоннеля». Он должен понимать, ради чего зазубривает ноты, заучивает движения. Поэтому родителям важно не лениться, включить воображение и правильно все организовать. Можно назначить дату, к которой должен быть готов семейный концерт, организовать выставку или домашний спектакль. Хорошо бы пригласить гостей, приготовить настоящий пир, устроить маленький праздник. Когда дата такого мероприятия уже есть в расписании, ребенок сразу начинает чувствовать ответственность. У него появляется мотивация, а за ней – и стимул! Стешу очень тяжело усадить заниматься музыкой, но, как только она узнает, что скоро будет, к примеру, участвовать в папином концерте, начинает играть сама, без приглашений.

Дмитрий: Стефания вообще больше тяготеет к живописи и визуальным видам искусства. Ей тяжело сидеть у инструмента, она не очень усидчивая, поэтому мы не слишком настаиваем в направлении музыки. Зато ей нравится танцевать и рисовать, и думаю, именно в эту сторону все и будет развиваться.

Кто или что может влиять на воспитание у ребенка вкуса? Как вообще воспитывать вкус: в одежде, в музыкальных предпочтениях, в литературе?

Елена: Если говорить о поведении и внешнем виде, можно начать со знакомства с правилами этикета. В них очень четко прописаны многие важные вещи. Например, как, куда и в чем можно приходить. К сожалению, мы, дети эпохи застоя, до сих пор не можем отказать себе в изобилии «всего и сразу» и из-за этого зачастую рискуем выглядеть неуместно. Что касается музыки и литературы, здесь важно многое делать вместе. Нужно вместе со своими детьми слушать музыку и читать книги, а потом обсуждать услышанное и прочитанное, вместе рассуждать и анализировать. Это, как мне кажется, самый доступный путь, и более эффективного способа еще никто не придумал.

Как вы считаете, можно ли делать что-то на уровне государства, чтобы развивать в детях интерес к искусству? Нужны ли какие-то изменения в школьных образовательных программах, в том числе с точки зрения преподавания основ различных видов искусства?

Дмитрий: Вне всякого сомнении, такие изменения нужны. И здесь очень многое будет зависеть от уровня образования и таланта педагогов. Хороший учитель может привлечь на свою сторону единомышленников, стать популярным среди детей, заинтересовать их, если он умеет доходчиво, интересно объяснять, способен увлечь своим предметом. Очень важно, чтобы в этой сфере не было формализма. Кроме того, наверное, нужно менять и сам подход к получению информации. Дети должны иметь в этом смысле как можно больше возможностей. Сегодня есть Интернет, благодаря которому можно не выходя из дома побывать в любом музее. Важно, чтобы занятия были не скучными для ребенка, чтобы все было организовано в форме игры, развлечения.

На телевидении сейчас пытаются популяризировать классическое искусство, создавая различные шоу на тему, скажем, оперы или танца. Как вы считаете, хороший ли это способ? Обязательно ли делать из классики шоу, чтобы вызвать у людей любовь к ней?

Дмитрий: Думаю, это очень правильная идея, но как бы не оказалось поздно. Все-таки сейчас меняется роль телевидения. Оно уступает место Интернету. Каждый сам выбирает увлечения по своему вкусу, и заставить человека, а тем более ребенка, смотреть что-то определенное, уже достаточно сложно.

Дмитрий, одна из ваших недавних работ – дуэт «Мой отец» с Владимиром Пресняковым. Как воспринял эту композицию ваш отец Юрий Маликов? Какой была его реакция? Как родилась идея такого дуэта?

Дмитрий: Отец прослезился, позвонил Владимиру Петровичу Преснякову, и, как мне кажется, они оба порадовались, что у них такие благодарные сыновья. Идея родилась, когда я понял, что существует много хороших песен о маме, а про отца практически нет. Я решил такую песню сочинить, а для усиления эффекта предложил Володе Преснякову спеть ее дуэтом. Дело в том, что наши родители много лет вместе идут по жизни, а мы с Володей давно дружим. Он с радостью согласился и внес часть своего таланта в эту песню.

Дмитрий, какую роль в вашем становлении как личности и как музыканта сыграл отец?

Дмитрий: Отец сыграл в этом очень большую роль, особенно на этапе формирования, лет в четырнадцать. Он всегда давал мне правильные установки: убеждал, чтобы я больше сочинял, делал аранжировки, изучал компьютер. Дело в том, что профессия аранжировщика и музыкального продюсера очень ценна и востребована, поэтому отец направлял меня в эту сторону.

Кто из родителей был в вашем воспитании более строгим, а кто – более мягким?

Дмитрий: Такого не было, потому что родителей я почти не видел, они все время были на гастролях. Меня воспитывала бабушка – очень простой, но добрый человек, беззаветно преданный своим внукам. С родителями я стал больше общаться позже, в более сознательном возрасте.

Дмитрий, как думаете, каким отцом вы являетесь для Стефании? Есть ли какие-то вопросы, которые она обсуждает скорее с папой, чем с мамой?

Дмитрий: Я думаю, что такие вопросы есть. Ведь я ее больше балую. С мамой она, наверное, больше делится своими чисто девичьими проблемами, а со мной, возможно, более откровенна, обсуждает то, что касается каких-то душевных, сердечных, даже порой религиозных вопросов.

Как вам удается говорить с ней на такие непростые темы?

Дмитрий: Безусловно, это трудно, и не могу сказать, что у меня всегда получается. Порой не хватает умения донести какие-то вещи. Но я стараюсь объяснять своими словами. Главное, к чему я стремлюсь, чтобы она выросла добрым человеком. Стефания участвует в ваших благотворительных проектах.

Как родилась идея благотворительного фонда «Проникая в сердце» и что он делает сегодня? Какое место занимает благотворительность в вашей жизни?

Дмитрий: Мы вместе со Стефанией посещаем детские дома. Глобальные планы нашего фонда – строительство реабилитационного центра для детей, которые плохо видят и слышат. А маленькие планы – просто каждый день делать что-то доброе, чтобы облегчить существование кому-то и помочь чем-то по мере возможности.

Какие эмоции вызвали у Стефании первые визиты в детские дома? Поменялось ли ее отношение к каким-то вещам в жизни?

Дмитрий: Надеюсь, что поменялось. Во всяком случае, это ее очень тронуло. Она поняла, что существует не только жизнь без проблем и в радужном свете. Осознала, что есть масса людей, которые нуждаются в помощи и поддержке, и которым тяжело даже просто жить каждый день.

Стефания сегодня участвует в мероприятиях, интервью и съемках вместе с папой и мамой. Детям иногда непросто справиться с такой ситуацией. Есть ли какая-то «прививка» от звездной болезни в вашем случае?

Дмитрий: Мы стараемся просто объяснять ей такие вещи. Я все время повторяю ей: то, что она дочка Дмитрия Маликова и заведомо получила в жизни какие-то вещи, которые есть не у всех, – это аванс. Дальше она должна будет сама проявлять себя, свои таланты, и многое будет зависеть от нее самой. И, конечно, мы ей объясняем и демонстрируем своим примером, что нужно много работать. Когда человек много работает, у него нет звездной болезни. Надеюсь, она это понимает.

Елена: С самого раннего возраста я говорю Стеше, что известная фамилия – это не блажь, а большая ответственность. Чтобы не стать серой мышкой на фоне «звездного» папы, нужно много работать, развиваться, мечтать и стараться осуществлять свои мечты. Нужно быть хорошим другом, иметь чистые помыслы в своей голове и любовь в сердце!

Елена, говорят, что успех мужа во многом обеспечивает жена. Какова ваша роль в успехе Дмитрия, на ваш взгляд?

Елена: Как раз сегодня я объясняла Стефании, что главная обязанность женщины – забота о своей семье. А уж как я в этом преуспела, судить не мне.

Ваша карьера связана с творчеством Дмитрия или у вас есть и собственные проекты?

Елена: Я помогаю Дмитрию осуществлять его глобальные проекты в качестве исполнительного продюсера, костюмера, вдохновителя. Но кроме этого, у меня есть и свое любимое дело. Четыре года назад вместе с подругой я создала собственную марку пляжной одежды. Мы занимаемся дизайном и производством.

Дмитрий, каковы на сегодняшний день ваши мечты и планы в профессии? Вы давали концерты в Париже, выступали с Ричардом Клайдерманом, вашу музыку играли на Красной площади, какие еще высоты планируете покорить?

Дмитрий: Хочется получить «Оскар» за музыку к фильму. Я ведь сейчас много пишу для кино. Ну и просто хочется, чтобы не оставляла муза. Чтобы рождались красивые мелодии и хиты и песни нравились слушателям. Хочется в разных жанрах принести как можно больше добрых эмоций своим творчеством.

Ученые говорят, что под влиянием классических мелодий молекула воды образует невероятно гармоничное сочетание. В вашей жизни случались ситуации, когда вы воочию наблюдали благотворное влияние музыки?

Дмитрий: Безусловно! В первую очередь я чувствую это по своим концертам, после которых люди уходят немножко просветленные. И дело тут не только во мне, но и в музыке, которая исполняется. Люди пишут, что они получают такие эмоции, когда многие повседневные проблемы отступают на второй план, агрессия уходит и жить становится прекраснее.

Беседовала Наталия Ряховская

Кенгуру – № 13, 2012

Инструментальной и классической музыкой Дмитрий Маликов занимается уже много лет. На этом поприще он много сделал и многого достиг. Но впервые Дмитрий занялся педагогической деятельностью. Передать свой огромный опыт детям, развить в них творческое начало и приобщить к классике стало новым направлением деятельности музыканта. Первые “Уроки музыки” прошли на сцене музыкальных школ в городах Западной Сибири в конце марта. На своих мастер-классах Дмитрий рассказывал ребятам о своем творческом пути, вспоминал интересные истории из своего детства, отвечал на вопросы учащихся и, конечно, играл им свои композиции и классические произведения. Также заранее в музыкальные школы направлялись достаточно сложные музыкальные задания. К уроку воспитанникам приходилось серьезно готовиться. Им предстояло сыграть с Маликовым на рояле в 4 руки его произведение “Ночь в Мадриде”, и одну из сложнейших фортепианных пьес “Полет шмеля” Н.А. Римского-Корсакова, а для вокалистов была выбрана песня “С днем рождения, мама”, которая исполнялась по аккомпанемент маэстро.  Ученики оказались талантливыми и способными. Впечатления Дмитрия об этих уроках можно прочитать в его блоге. И уже скоро на нашем сайте появиться видео-отчет по итогам поездки.